Сливовый календарь любви

«Сливовый календарь любви» — выдающееся произведение традиционной японской прозы и один из лучших образцов в жанре ниндзёбон, «повести о чувствах». Тамэнага Сюнсуй (псевдоним японского романиста Сасаки Садатаки) создал двенадцать «свитков» — по числу месяцев — рассказов о жизни в столичном Эдо, знаменитом, среди прочего, своим кварталом Ёсивара, предлагавшим увеселения как на изысканный, так и на нетребовательный вкус. Высокородные господа и простолюдины, гейши высшего ранга и обычные женщины — всех их объединяет любовь, которая не признает границ и каждой весной пробуждается с новой силой, распускаясь с первыми цветами сливы. Успех ниндзёбон стал одной из причин гонений со стороны властей Японии, раздраженных популярностью книг, не несущих должной идейной нагрузки. В 1842 году писатели, издатели и художники были даже привлечены к ответственности и подвергались наказаниям и штрафам, а книги и печатные доски массово сжигались. Тамэнага Сюнсуй был среди тех, кто подвергся особенно жестоким репрессиям и вскоре умер, не перенеся потрясения. Лишь к середине века писатели Японии вновь смогли вернуться к запретным темам и возродить легкие жанры, в том числе ниндзёбон. В оформлении книги использованы традиционные японские гравюры, украшавшие оригинальное издание 1833 года.

«Slivoviei kalendar lubvi» — viedausheesia proizvedenie tradicionnoi iaponskoi prozie i odin iz luchshih obrazcov v janre nindzebon, «povesti o chuvstvah». Tamenaga Sunsui (psevdonim iaponskogo romanista Sasaki Sadataki) sozdal dvenadcat «svitkov» — po chislu mesiacev — rasskazov o jizni v stolichnom Edo, znamenitom, sredi prochego, svoim kvartalom Esivara, predlagavshim uveseleniia kak na izieskanniei, tak i na netrebovatelniei vkus. Viesokorodniee gospoda i prostoludinie, geishi viesshego ranga i obiechniee jenshinie — vseh ih obediniaet lubov, kotoraia ne priznaet granic i kajdoi vesnoi probujdaetsia s novoi siloi, raspuskaias s perviemi cvetami slivie. Uspeh nindzebon stal odnoi iz prichin gonenii so storonie vlastei Iaponii, razdrajennieh populiarnostu knig, ne nesushih doljnoi ideinoi nagruzki. V 1842 godu pisateli, izdateli i hudojniki bieli daje privlechenie k otvetstvennosti i podvergalis nakazaniiam i shtrafam, a knigi i pechatniee doski massovo sjigalis. Tamenaga Sunsui biel sredi teh, kto podvergsia osobenno jestokim repressiiam i vskore umer, ne perenesia potriaseniia. Lish k seredine veka pisateli Iaponii vnov smogli vernutsia k zapretniem temam i vozrodit legkie janrie, v tom chisle nindzebon. V oformlenii knigi ispolzovanie tradicionniee iaponskie gravurie, ukrashavshie originalnoe izdanie 1833 goda.

"Plum Calendar of Love" is an outstanding work of traditional Japanese prose and one of the best examples in the genre of ninjabon, "tales of feelings". Tamenaga Shunsui (the pseudonym of the Japanese novelist Sasaki Sadataki) created twelve "scrolls" — according to the number of months — of stories about life in the capital Edo, famous, among other things, for its Yoshiwara quarter, which offered entertainment for both refined and undemanding tastes. High—born gentlemen and commoners, geisha of the highest rank and ordinary women - they are all united by a love that recognizes no boundaries and awakens with renewed vigor every spring, blooming with the first plum blossoms. The success of ninjabon has become one of the reasons for the persecution by the Japanese authorities, annoyed by the popularity of books that do not carry the proper ideological load. In 1842, writers, publishers and artists were even prosecuted and subjected to punishments and fines, and books and printed boards were burned en masse. Tamenaga Shunsui was among those who were subjected to particularly severe repression and died soon after, unable to bear the shock. It was only by the middle of the century that Japanese writers were able to return to forbidden topics and revive light genres, including ninjabon. The book's design uses traditional Japanese engravings that decorated the original 1833 edition.

Product Details:

hardcover: 320 pages