И переполнилась чаша. Рыбья кровь. В память о лучшем

Мадемуазель Шанель от литературы, французский Сэлинджер и Фицджеральд, литературная внучка Колетт, литературная крестница Маргерит Дюрас, скандальная звезда, азартный игрок, прожигательница жизни, тонкий психолог. . . Франсуаза Саган, прогремевшая с первым же своим романом «Здравствуй, грусть!» (1954), — неизменно свежий голос, кристально честно говорящий о том, что думают и чувствуют живые люди. Книги Саган переводились на десятки языков, их читают и перечитывают миллионы людей по всему миру и увлеченно экранизируют кинематографисты. В своих книгах Саган, чутко настроенная на тонкие вибрации каждого дня, который она проживала, обращалась к историческим событиям нечасто. Однако в обоих романах, включенных в это издание, «И переполнилась чаша» и «Рыбья кровь», действие происходит в 1942 году, во время нацистской оккупации Франции, — их герои, пытаясь быть над схваткой и посреди всеобщего безумия держать иронический нейтралитет, в итоге вынуждены посмотреть в лицо фактам и выбрать сторону. А «В память о лучшем» — сборник воспоминаний Саган: о дружбе с Билли Холидей, Теннесси Уильямсом, Орсоном Уэллсом и Жан-Полем Сартром, о бурной молодости в Сен-Тропезе, о казино и книгах, о творчестве тех, кем она восхищалась, и о ее бескорыстной, беззаветной к ним любви.

Mademuazel Shanel ot literaturie, francuzskii Selindjer i Ficdjerald, literaturnaia vnuchka Kolett, literaturnaia krestnica Margerit Duras, skandalnaia zvezda, azartniei igrok, projigatelnica jizni, tonkii psiholog. . . Fransuaza Sagan, progremevshaia s perviem je svoim romanom «Zdravstvui, grust!» (1954), — neizmenno svejii golos, kristalno chestno govoriashii o tom, chto dumaut i chuvstvuut jiviee ludi. Knigi Sagan perevodilis na desiatki iaziekov, ih chitaut i perechitievaut millionie ludei po vsemu miru i uvlechenno ekraniziruut kinematografistie. V svoih knigah Sagan, chutko nastroennaia na tonkie vibracii kajdogo dnia, kotoriei ona projivala, obrashalas k istoricheskim sobietiiam nechasto. Odnako v oboih romanah, vkluchennieh v eto izdanie, «I perepolnilas chasha» i «Riebia krov», deistvie proishodit v 1942 godu, vo vremia nacistskoi okkupacii Francii, — ih geroi, pietaias biet nad shvatkoi i posredi vseobshego bezumiia derjat ironicheskii neitralitet, v itoge vienujdenie posmotret v lico faktam i viebrat storonu. A «V pamiat o luchshem» — sbornik vospominanii Sagan: o drujbe s Billi Holidei, Tennessi Uiliamsom, Orsonom Uellsom i Jan-Polem Sartrom, o burnoi molodosti v Sen-Tropeze, o kazino i knigah, o tvorchestve teh, kem ona voshishalas, i o ee beskoriestnoi, bezzavetnoi k nim lubvi.

Mademoiselle Chanel from literature, French Salinger and Fitzgerald, literary granddaughter Colette, literary goddaughter Marguerite Duras, scandalous star, gambler, playboy, subtle psychologist . . . Francoise Sagan, who thundered with her very first novel "Hello, sadness!" (1954), is an invariably fresh voice, crystal honestly speaking about what living people think and feel. Sagan's books have been translated into dozens of languages, are read and reread by millions of people around the world, and are enthusiastically adapted by filmmakers. In her books, Sagan, sensitively attuned to the subtle vibrations of every day she lived, rarely turned to historical events. However, in both novels included in this edition, "And the Cup Overflowed" and "Fishblood," set in 1942, during the Nazi occupation of France, their characters, trying to stay above the fray and maintain ironic neutrality in the midst of the general madness, are eventually forced to face the facts and choose a side. And "In memory of the Best" is a collection of Sagan's memoirs: about her friendship with Billie Holiday, Tennessee Williams, Orson Welles and Jean—Paul Sartre, about her turbulent youth in Saint Tropez, about casinos and books, about the work of those whom she admired, and about her selfless, selfless love for them.

Product Details:

hardcover: 480 pages